Современное развитие рынка компьютерных компонентов построено, в основном, на эволюционных принципах и естественном отборе. Добрейший и милейший старик Чарли (который Дарвин), возможно, сам того не подозревая, вывел полтора века назад универсальный закон развития не только мира живого, но и, как выясняется, — мира рукотворного, который человечество так упорно ваяет «на свою голову» уже несколько тысячелетий. Особенно отчетливо это стало понятно в последние десятилетия, когда технический прогресс начал развиваться астрономическими темпами (то есть технический «мутагенез» ускорился до уровня какой-нибудь дрозофилы), а компьютерная отрасль (и вообще информационные и цифровые технологии) заполонила почти все жизненное пространство современных индивидуумов.

Наследственность, изменчивость и борьба за существование — эти понятия, тесно увязанные Дарвином в единую и неделимую цепь эволюционного развития, как нельзя более адекватно применимы и к компьютерным технологиям и компонентам. Вдумчивый читатель без нашей помощи легко найдет много примеров этому. Достаточно сказать, что сама кремниевая технология производства интегральных микросхем (а без них уже немыслимо ни одно современное устройство), открытие которой полвека назад с полным правом можно назвать революцией, все последующие десятилетия развивалась именно эволюционно, из года в год, наследуя лучшие черты предыдущих техпроцессов. «Изменчивость» (назовем это модным словом мутации) позволяла инженерам экспериментировать с новыми техпроцессами, но выживали (путем естественного, я бы даже сказал — рыночного, отбора) лишь те, кто действительно был способен доказать свою жизнеспособность.

То же самое — с технологией магнитной записи и жесткими дисками. Зародившись (предметно) примерно тогда же, то есть полвека назад, эта технология все время развивалась эволюционно, путем периодических мутаций (а мутации, видимо, можно отсчитывать каждый раз при выходе нового продукта) пытаясь отвоевать себе всё новое и новое жизненное пространство. Выживали при этом, естественно, сильнейшие, «поедая» остальных (с их менее «крутыми мутациями»). И в результате этого мутагенеза, имманентно интерферирующего с эмпирическим агностицизмом, сформировались дефинитные ареалы преференций, дебетно элиминирующие миноритариев, способных образовать релятивистки трансцендентные подмножества. Выражаясь более лапидарно, — если ты не попал в струю, то считай, что ты из нее выпал навсегда.

Поэтому нам и приходится иметь дело, в основном, с продуктами (процессорами, платами, дисками и пр.), которые отличаются друг от друга, по сути, лишь «небольшой новой закорючкой», порой, не такой важной (больше мегагерц, ядер, фич или херабайт). И, честное слово, применять к этой «закорючке» бравое слово мутация язык не повернется, хотя, по сути, оно может быть и так. С одной стороны — это благо для потребителя, поскольку упрощается процесс овладевания новым продуктом (а как это выгодно для производителей, я молчу ;)). Но с другой — сердце порой просит и революций, пусть небольших, но чтобы и душу бередили, и кошелек не обременили. И поверьте старому компьютерному обозревателю — писать об однотипных продуктах ой, как надоедает...

Иное дело — герой нашего сегодняшнего обзора! О таких новинках писать не только нужно, но и страсть как хочется (особенно в свете поговорки о соотечественниках, любящих быстро прокатиться :)). Революцией его назвать, конечно, нельзя, но дровишек в топку паровоза естественного отбора он подбросить вполне может. Было бы желание. :) Производитель этой новинки на сей счет даже заявляет, что это, мол, «The Fastest Storage Device You Ever Imagine!» То есть, что это самый быстрый «прибор» хранения данных, который вы когда-либо могли вообразить. Так это или нет, мы и попробуем разобраться ниже.